Тематические сайты, по благословению епископа Новокузнецкого и Таштагольского Владимира:

Исповедь и Причастие.РУ      Соборование.РФ     Молитва.РФ     Пост.РФ     Война со страстями.РФ     Крещение и Миропомазание.РФ     Епархия НВК

Чин отпевания священников

История чина

Современный чин священнического погребения вошел в нашу богослужебную практику только со времени патриарха Никона. Впервые он был напечатан в Требнике 1658 года (л. 402–476).

До этого времени умерших иереев отпевали особым, довольно необычным по своему составу чину.Со второй половины XV века сначала в греческих Евхологиях стали появляться особые чины иерейского отпевания. В памятниках более раннего времени имеются только отдельные молитвы «над скончавшимся иереем».

Подобное же явление наблюдается и в памятниках Русской Церкви. С начала XV века появляется даже «чин егда поп преставится».

Греческие богослужебные последования XV века уже содержат специальные чины для погребения священников. Вот составные части их, которые вошли и в наш древнерусский чин иерейского погребения.

Одр с мощами иерея поставлялся посреди храма и начиналось последование, по всей структуре приближающееся к чину утрени. После обычного начала и чтения предначинательных молитв следовал возглас утрени «Слава Святей» и читалось шестопсалмие. Составные части погребения располагались применительно к порядку утреннего богослужения пятка. Между различными песнопениями и молитвами на протяжении всего чина полагалось 16 апостольских и евангельских чтений. После каждого Евангелия следовала заупокойная ектения и потом молитва. Первое чтение из Апостола и Евангелия начиналось после тропарей по великой ектении, второе после первой «Славы» 17 кафизмы, третье – по второй «Славе», четвертая – после следовавших за третьей «Славой» кафизмы, седальнов и тропарей: «Благословен еси Господи». Вместо канона пели антифоны всех восьми гласов со стихирами преподобных Иоанна Дамаскина и Феофана. За каждым антифоном опять следовало чтение Апостола и Евангелия. По прочтении двенадцатого Евангелия заканчивалось пение антифонов и продолжалось пение одних заупокойных стихир. После тринадцатого Евангелия исполнялись икосы Романа Сладкопевца с припевом «Аллилуиа». Икосы сменялись «Блаженными», после которых читались четырнадцатые Апостол и Евангелие. Потом совершалась Литургия. По заамвонной молитве происходило целование умершего, при пении стихир на последнее целование: «Приидите, последнее целование дадим, братие, умершему». После прощания с умершим читались в пятнадцатый раз Апостол и Евангелие, после чего умершего при пении «Святый Боже…» несли к месту погребения. При засыпании могилы землей пели ирмосы Великого канона и особые тропари. В шестнадцатый раз читали Апостол и Евангелие, когда могила засыпана, и следовала шестнадцатая молитва (заключительная). Чин заканчивался отпустом, провозглашением вечной памяти и поклонами за умершего.

В XVI веке чин иерейского погребения состоит на Востоке уже из восьми частей. В него входят «утреня, вся псалтирь и непорочны». Далее следует отпевание, начинающееся пением антифонов всех восьми гласов со стихирами. И наш древнерусский чин погребения иереев распадался на восемь частей, в каждой части была особая молитва.

В начале XVII века существовало мнение, что чин погребения иереев редактирован болгарским попом Еремеем. Требник 1639 года патриарха Московского Иоасафа повелевал чин этого погребения считатьеретическим и «погребати священники мирским погребением и никто же о сем да соблазнится».

Петр Могила в своем требнике 1646года помещает уже другой чин священнического погребения, заимствованный из венецианских Евхологи-ев. Это тот чин, который содержит и наша современная практика. Чин отпевания священников Требника Петра Могилы предваряется извлечением из определений Киевского собора 1640 года о погребении священников непременно соборне и распределение сорокоуста по них между всеми церквами того благочиния, в котором служил умерший. Сам чин несколько короче современного. Предубеждения против чина священнического погребения существовали на Руси до 1651 года. В изданном в этом году при патриархе Иосифе Требнике этот чин снова помещен и держался в богослужебной практике до патриарха Никона. В Требнике 1658 года указанный чин заменен другим чином, заимствованным из венецианских печатных греческих книг и существует до сих пор.297

Схема современного чинопоследования

I часть

«Благословен Бог наш…»

Псалом 118 (3 статии), после 1-й и 2-й: «Паки и паки»

После 3-й: тропари по Непорочных, «Паки и паки»

Тропари: «Покой, Спасе наш…», «От Девы возсиявый миру»

Степенны, 1-й прокимен, Апостол, Евангелие, молитва, седален и

псалом 28 с тропарем

2-й прокимен, Апостол, Евангелие, молитва, антифон, псалом 23,

тропарь и седален

3-й прокимен, Апостол, Евангелие, молитва, антифон, псалом 83,

тропари «Помилуй нас, Господи…»

4-й прокимен, Апостол, Евангелие, «Блаженны» 5-й прокимен, Апостол, Евангелие, псалом 50

II часть

Канон с ирмосами Великой Субботы «Волною морскою…»

По третьей песни седален

После 6-й: «Паки и паки…», кондак «Со святыми упокой…»

24 икоса с припевом «Аллилуиа»

После 9-й: «Паки и паки…», Ексапостиларий

Стихиры на «Хвалите»

«Слава в вышних Богу…»

Стихиры самогласны Иоанна Дамаскина

«Благо есть…», Трисвятое по «Отче наш…», «Покой, Спасе наш…», ектения «Помилуй нас, Боже…» Разрешительная молитва Стихиры на последнее целование

III часть

Обнесение тела священника вокруг храма с пением ирмосов «Помощник и Покровитель…»

Лития, Отпуст, Вечная память Предание тела земле

Содержание молитвословий чина

Последование отпевания священников по своему объему значительно превосходит прочие чины погребального отпевания. Оно более торжественно и напоминает чин утрени Великой Субботы, в котором поются погребальные песни Умершему за нас Христу Спасителю. Это сходство погребальных песнопений объясняется тем, что служение священника является образом вечного Священства Христова.

Усопший был возведен благостию Божией в сан служителя алтаря Господня, возвышен над многими душами, которые должен был наставить на путь истинный и привести к Богу. Но по своей человеческой немощи он не всегда мог оставаться на высоте пастырского служения. В молитвословиях и песнопениях Церковь ходатайствует перед Богом об отпущении всех его вольных и невольных грехов, содеянных им на его многотрудном пути.

В начале последнего молитвенного служения о спасении души почившего иерея Церковь обращается к Господу с теми же молитвами и песнопениями, что и при исходном отпевании мирских людей, тем самым как бы уравнивая пастыря с пасомыми, ибо, по слову апостола, все предстанут перед Вечным Судиею «в равном достоинстве». Приводя ко Христу Его заблудших овец духовный пастырь по необходимости касался «места сего озлобления», в волнах житейского моря вольно или невольно был обуреваем человеческими страстями. Поэтому Церковь те слова утешения и отрады, которые она творила пред гробом странника сего мира, повторяет и для успокоения души того, кто в свое время утешал других Словом Божиим,

Но далее в чинопоследовании говорится об усопшем как наставнике и учителе верующих: «… да о нихже (о верных) трудися в мире сем имене Твоего ради, приимет богатое воздаяние…» (молитва первая); «В священническом бо достоинстве благочестно пожил еси, приснопамятне» (тропарь 2 гл. после 23 псалма).

Воздавая честь служителю Таин Божиих, Церковь, помимо Апостола и Евангелия, положенных при отпевании мирских людей, читает над почившим иереем еще четыре Апостола и четыре Евангелия. Апостольское и Евангельское слово прерывается пением возвышенных антифонов – таинственных указаний степени благодати, на которую возвысился усопший. В молитвах, произносимых Церковью, изливается любовь ее к почившему и звучит мольба к Владыке об упокоении избранника Божия.

Почитая в усопшем пастыре образ Божественного своего Пастыреначальника, Церковь возглашает над ним ирмосы канона Великой Субботы. Эти песнопения чередуются с другими, в которых изображается слабость человеческой природы, одержимой грехом. «Бездна последняя грехов обыде мя, – говорит Церковь от лица усопшего, – и исчезает дух мой; но простри, Владыко, высокую Твою мышцу, яко Петра мя, Управителю, спаси». Тропари, прилагаемые к каждой песни канона, возвещают, что сила Божия совершалась в немощном сосуде, который всегда, а тем более сейчас, боится сокрушения.

Пение краткой надгробной молитвы об упокоении со святыми души почившего раба Божия сменяется чтением 24 икосов канона, каждый из которых оканчивается радостным возгласом ко Творцу: «Аллилуиа». Содержание икосов отчетливо показывает, что в эти страшные минуты с душою, направляющейся к обителям небесным, происходит нечто таинственное.

«Куда идут ныне души? Как они теперь живут там? Я хотел узнать это таинство, и никто не мог поведать мне его. Поминают ли они нас, ближних своих, как мы их, или они уже забыли плачущих о них и творящих песнь: Аллилуиа» (6-й икос канона). В этих словах выражается состояние тех, кто стоит над гробом своего собрата.

«Если, переходя из одной страны в другую, мы нуждаемся в путеводителях, то что будем делать, когда пойдем в ту сторону, где мы ничего не знаем? Много тогда нужно будет тебе водителей, много молитв, способствующих спасению окаянной твоей души, пока успеем достигнуть Христа и воззвать к Нему: Аллилуиа» (4-й икос канона), – так назидает и предостерегает Церковь нас, изображая духовную нищету нашу за порогом жизни.

Душа усопшего, вводимая в созерцание таинств загробного мира, полна ужаса и трепета. «Молчите, молчите, – дайте покой умершему – и вы узрите великое таинство: ибо это страшный час; молчите, – пусть идет душа с миром, – она теперь находится в великой борьбе и с великим страхом молит Бога: Аллилуиа» (20-й икос канона). Слова усопшего обращены к близким его: «Послушайте внимательно, молю вас, ибо я с трудом говорю к вам: для вас сотворил я рыдание, может быть, оно будет кому-нибудь на пользу. Но когда вы будете совершать его, помяните и меня, знаемого некогда вами: ибо часто мы сходились вместе и пели в доме Божием: Аллилуиа» (2-й икос канона).

Церковь молит Господа спасти душу усопшего пастыря: «Жительством во благочестии, и украшен священник Твой, Христе, жрец и приноситель Божественных Таинств, Твоим Божественным повелением прейде от житейских молв к Тебе: егоже яко священника, Спасе, приими,спаси, и с праведными упокой, его же принял еси, великия ради Твоея милости» (Стихира 3-я на «Хвалите»).

При выносе тела усопшего из храма поется не «Святый Боже…», а ирмосы великого канона Святой Четыредесятницы: «Помощник и Покровитель» – этот канон в последний раз звучит над гробом священнослужителя, который многократно Великим Постом вместе со своей паствой оплакивал вдохновенными словами преподобного Андрея Критского падение грешного человека.

Вынос тела сопровождается крестным ходом – перед гробом несут хоругви, крест и Евангелие. Тело обносят вокруг храма, на каждой стороне храма совершают краткую литию. Погребальное шествие бывает с таким же перезвоном, как при выносе Креста (14 сентября), в Крестопоклонную неделю, и при выносе плащаницы в Великую Субботу. При опускании тела в могилу бывает трезвон, возвещающий, что персть возвратилась в землю.